Не любил…

Старик уходил.

Старуха знала об этом, чувствовала каждой частичкой своей прикипевшей к старику души.

Она спокойно приняла это, внешне спокойно.

Внутри боялась, хотя и знала что долго после деда не проживёт, не сможет просто.

А как? Как это жить без Сашки, милому сердцу, родному и такому далёкому.

Снега хочется, а вам?

Кто сказал что чувства со временем остывают?

Это в ваших книгах учёных написано? Не верьте, ничего не остывает.

Всё так же душа птахой трепещется от родного и любимого голоса. Это же не шутка всю жизнь вместе, шестьдесят лет, что уж говорить.

Так срослись друг с другом, так сплелись, сцепились, что и минуточки друг без друга прожить не могут.

Как она его одного отправит? Как одна здесь останется. Да и для чего? Для чего жить-то? Без Сашки и жизни нет.

Так думает старуха, разбирая сундук, кидая вещи в три разные кучи.

Это детям, на память. Хай будет, будут отца вспоминать, это по соседям раздать, а это, где самая маленькая кучка, это себе, пока не ушла, смотреть буду и вспоминать Сашу.

Так размышляет старуха.

-Катяяя, Катяяя — слышит старуха слабый голос старика -Катяяя

-Иду, иду Саша, иду милай, — старуха подхватилась, одёрнув юбку заглянула за шторку к старику

-Проснулси, Саша? Блинков можа, Саш? Блинков хош?

-Катяяя, — глухо зовёт старик шаря невидящими глазами по потолку, — Катяяя

-Ну-ну, милай, я здеси, здеси, — берёт его некогда большую, как лопата, а теперь худую и сморщенную руку в свою, почти такую же, как сухая птичья лапка, — что, что милай, я с тобой

-Катяяя, прости…Прости Каюша…

-Да что ты что ты…

-Не любил я тебя, — сипит старик прости…глупый…вернуть бы назад, всё по другому бы было Катя…

-Да ладно, Саша. Что это не любил, любил, по своему, но любил. А то бы рази мы с тобой шиисят годочков бы прожили вмесе? Ну, чё уж тожа- о…

-Катяяя, дети…

-Едут Саша, едут, я и телеграмму дала ну не я, Нина почтарка, она всё написала и Мише, и Толику, Серёже и Светланке. К вечеру Саша все приедут, ты поспи, поспи, а тебе бульончику

-Не надо, — шепчет, — дай руку, посиди со мной, прости Катя

-Я и не серчала, Саша, я не серчала. Ты меня прости, можа не влезла бы, ни вчепилась бы в тебя, аки клещч, можа и по другому жизня твоя сложилась ба милый.

-Нет, Катя, — мотает старик головой,- нет Катя, видно судьба…

Скатилась мутная слеза из уголка глаза старика и покатившись по морщинистой щеке, растворилась где-то в складках бордовой, стариковской кожи.

К вечеру собрались дети, сами уже старики почти. Думает старуха.

Миша, старший, весь седой как лунь. Дородный, степенный, он и с детства такой. Старуха его побаивается, Миша профессор, учёный человек, живёт в Москве.

-Миша, сыночек, седой ить

-Да мама, годы своё берут. Я уже дед, ты не забыла, что прабабкой стала?- сотрит пристально

-Иии, сынок, да как же, как же. Вон фотографии, Таня ,Таня -то твоя, она прислала, вон, под стеклом, все хранятся.

Слева стекло там все мы и вы маленькие, и родители наши с отцом, вон дядька мой Егор, Федюшка, братик, что с фронта не вернулся, так и не дождались, ни похоронки, ничего.

Баба с дедой мои старенькие уже, тётки — дядьки Сашины вон. Брат его Серёжа, ой весёлый был, как было заиграет Камаринскую ногу сами в пляс идут.

А здесь, мне Митрич, сосед наш, помните дядю Пашу-то, вот он новое-то стекло сделла, там всё молодёжь. И внучатки, и правнуки вот теперь.

Так что, Миша, сынок, рано мамку-то со счетов списывать.

-А я ине списываю, мать. Живи долго пока вы живы, то и мы себя детьми чувствуем…

Толик, братка, а может на рыбалку, а?

-Можно, — и повернувшись к матери, спрашивает,- мам, можно?

-А то! — улыбается старуха,- конечно можно

-Бать, а ну хватит вытягиваться лежать, -это уже Серёжа он самый младший из братьев, ещё молодцевато носит джинсы, не отрастил брюшко, весь какой-то жилистый загорелый.

Серёжа работает на большом корабле, по разным странам бывает и всегда присылает матери с отцом разные вещи, да старики ими не пользуются, складывают на чёрный день.

Единственное телевизор, цветной, японский, вся деревня приходит к ним кино смотреть после программы Время, зимой-то, что ещё делать.

А потом долго обсуждают ещё просмотренный фильм.

Старик слабо улыбается, Серёжа всегда был его любимчиком, такой же как сам Александр Иванович, заводной, весёлый.

-Серёнька, сын, дети мои, Миша Толик… А где же Светланка

-Я здесь, папа, — выступает из-за братьев. Маленькая худенькая, вылитая мать в молодости, взрослая уже, Светланка

-Доча…Простите меня детки…

-Ты чего, бать

-Отец, ты давай, завязывай

-Что ты, папа…

-Простите, -шепчет старик — не додал чего, любви не додал…

-Ты это брось, отец

-Да-да ты брось бать

-Благодаря вам с матерью мы людьми стали, и дети наши в люди вышли благодаря заложенному вами с мамой зерну…

Ты давай, вставай лучше. Вон крышу, Толик говорит на бане подделать надо, Светланка пока с мамой пельмешков наляпают, а мы после баньки по стопочке, да пельмешками, пельмешками закусим…

Тепло улыбается старик.

Долгую жизнь он прожил.

Всю жизнь себя корил что с нелюбимой живёт.

Что не осмелился подойти к той к желанной, к любимой. Так и протоптался около её окон.

Десять кисетов табака скурил. Всё стоял под тополем напротив, всё ждал…

Чего ждал? А кто же его знает, может думал, что сама догадается, да выйдет, подойдёт, за руку возьмёт.

Ведь переглядывались на вечёрках, рядышком садились, и душа замирала.

Почему не осмелился, почему не проводил ни раз, ведь смотрела, смотрела Стеша вот дурак-то…

Дождался, дотоптался, нашёлся смельчак, и на танец пригласил и до дома проводил и женился скоренько.

Сашка тоже был на той свадьбе. Невесёлая невеста сидела глаз с него, Сашки не спускала.

Эх, думал он всё время, надо было украсть, увезти, забрать себе. Нет же, напился как свинья, с Ванькой Паршиным, лучшим другом своим подрались.

Потом и вспомнить не могли, за что да почему.

С Ванькой помирились, а любовь свою потерял Сашка.

На Кате женился, оттого что в рот девчонка заглядывала, смотрела как на чудо какое.

Знала что не любит. Всю жизнь с ледышкой прожила, это потом уже когда дети разъехались, понял Сашка, что не может без своей Катерины. Да стыдно ему было за годы её молодые, загубленные.

В кино пойдут или в гости на концерт, на собрание, дак он один идёт, чуть впереди.

А Катя позади.

А ведь ей тоже хотелось с мужем под ручку прийти, чтобы смотрели все, говорили вот мол, Катерина с Александром…

Никогда про них так не сказали, всегда Катя отдельно, Сашка отдельно.

Они даже на гулянках не вместе сидели.

А она его любила. И чтобы ему дураку, лет на тридцать пораньше сказать ей о своих чувствах, что со временем тоже полюбим жену свою, пуст не так, как ту, яркую и первую, а спокойно и с достоинством, но полюбил ведь…

Нет! Нет гордость заела, или что это? Стеснительность? Что это? Что не дало к Стеше тогда подойти, что не дало жене своей хоть раз, хоть один разочек сказать о том что любит…

Оттого и казалось ему, что детей недостаточно любит, всё старался как-то защитить, помочь им, чтобы не чувствовали этого, не любви его.

-Катя, -зовёт опять слабым голосом, — Катюша…

-Ойя, милай. Мы здеся, здеся, можа бульончика куриного, Саша?

Нет, — машет, — нет, посиди. Уйду скоро.

-Что ты, что ты, вон дети смотрели, ребята крышу на бане почти перестелили мы со Светланкой вон готовим…

-Пора мне, Катя…Прости милая, за всё. Я л…л…люблю тебя Катерина, — выдохнул с лёгкостью, — ты не думай, я всю жизнь тебя любил, — говорит, а голос, как у молодого, — ты прости меня, милая.
Я дышал тобой, жил тобой, прости дурака, что не показывал, прости Катя…

-Сашааа, — раздаётся по всему двору, крик вылетает на улицу, дальше по всей деревне, в поле, на речку, достигает ушей каждого, крик раненого зверя, — Сашаааа, не уходи, что ты , милааай.
Сашааа, как так-то….Сашаааааа

-Мама, мамочка, успокойся, мамочка. Врача, врача, маме плохо.

Всё как во сне провела старуха и похороны, и завтрак…

И слегла…

-Миша, Толик, Серёжа Светонька, детки мои. Погодите, не уезжайте, чтобы по новой не ехать. Не задержу, не беспокойтесь.

Простите нас с папкою, если что не так…

Мама, — плачет дочь, ко мне поедешь…

-Нет, дочушка. Папе там без меня плохо, с ним уйду….

На девятый день старухи не стало…

Добрый день, дорогие мои.

Шлю вам любовь и безмятежность.

Обнимаю, крепко- крепко!

Не любил...

Хорошего настроения!

Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Не любил…